Category: история

Category was added automatically. Read all entries about "история".

Алексей Иванов. “Тени тевтонов”

Я ждала выхода книги с лета, когда впервые прочитала о ней, с нетерпением, боясь пропустить. Не припомню, чтобы нечто подобное случалось ранее. Конечно, во многом потому что в современный литературный процесс я включена бессистемно и фрагментарно, а написанного сто, пятьдесят, двадцать лет назад ждать не приходится. Тем не менее, дело не только в этом. Похожие истории бывали с музыкальными альбомами, но любопытство и вполовину не было столь велико.

Не возьмусь определить, что заинтриговало больше: название, тема, аудиоформат или то, что это новый роман Иванова, но теперь, после, очевидно, что дело в звуке.

Я плохо воспринимаю тексты на слух и всегда предпочитаю читать глазами: чужие акценты и интонации, паузы и ритмы мешают, а иногда откровенно раздражают. Как правило, я слышу это НЕ ТАК, а значит, НЕ ТО.

В «Тенях тевтонов» нет этой границы «текст-звук», или проведена она столь искусно, что невидима и незаметна. Два разных чтеца создают две разных эпохи, два разных пространства, два разных мира: мрачное, скрипучее, замковое Средневековье Тевтонского ордена и существующая с ним в параллели оккупированная русскими Восточная Пруссия. Не такие уж они и разные: общее мифологизированное подсознание воспроизводит одно и то же - меняются только оболочки. Все повторяется, и любое повторение - зло.

Тщательно проработанное языковое наполнение романа, как и всегда у Иванова, одинаково емко и убедительно воспроизводит и пугающие правдоподобием реалии Третьего рейха, и романтический ореол разобранных на легенды крестоносцев.

Сюжетная динамика захватывает сразу и непреодолимо, держит, не отпускает, не дает отвлекаться на окружающую действительность, неинтересную и бесцветную.

Слух способствует отключению лучше зрения, погружает глубже, окутывает гуще, обступает непроходимей, дольше сохраняет послевкусие.

Неожиданный секрет плотной магии слова.

Владислав Иноземцев. “Несовременная страна”

Я давно не читала столь грустной книги.

Самые мрачные догадки о том, что происходит у нас в политике, экономике, структурах власти и социальных институтах, если не подтвердились, то нашли поддержку у человека с несомненно более широким и системным историческим кругозором, чем мой собственный. То, что можно было списать на чрезмерный трагизм мировоззрения, привычку драматизировать, апокалиптичность сознания, становится всё более похожим на истину.

С пугающей скоростью мы скатываемся в самое дремучее русское средневековье с его разнузданностью опричнины, вопиющей необразованностью, оголтелым холопством, разгулом церкви и непреодолимой отсталостью экономики, лишь слегка припудренной технологиями и коммуникациями (в большей степени, конечно, последними). Безысходность в том, что сменяемость власти можно обеспечить только развалом государства, а его продолжающееся существование гораздо удивительнее нескольких неокончательных падений.

Неожиданно, что мы ни разу не отступали от избранного тупикового пути развития всерьёз. По крайней мере, мне казалось до этого, что просветы всё-таки были, – их иллюзорность стала мне теперь очевидна.

Утешительно в этой истории только не-одиночество, но куда с ним идти, кроме кухни?

Алексей Иванов. “Сердце пармы”

Сердце пармыДавно собиралась прочитать “Сердце пармы”, но добралась до него только сейчас, долго проколебавшись перед книжной полкой в библиотеке между более новым “Ненастьем” и более внушительной “Пармой” и всё-таки сделав выбор в пользу долгого чтения.

Я скептически настроена по поводу своего скептицизма, и иногда всерьёз подумываю, что меня уже мало что может потрясти, особенно в литературе. Тем радостней и упоительней опьяняющее громадным, безбрежным пространством и временем “Сердце пармы”, его затягивающее, густое притяжение, его обволакивающий своей бесконечной глубиной мир.

Collapse )

“Борис Годунов” в Мариинском. 1 июля 2015

Пару раз за сезон случаются такие спектакли, что ужас-ужас. Причём если в одних случаях ужас пусть не ожидаемый, но предсказуемый, то в других он совершенно неожиданный. Наверное, и такое должно быть, чтобы поупражняться в остроумии и чтобы опера раем не казалась. Причем, "везёт" мне больше на русскую оперу: "Война и мир", "Золотой петушок", "Борис Годунов" вот. Правда, была и поразившая и проскрёбшая на сердце царапину "Царская невеста" в Концертном зале. Был и жуткий "Отелло" в Венской опере, даже воспоминания о котором вызывают содрогание, после которого я так ни разу и не решилась послушать эту оперу снова.

Борис Годунов

По-моему, я первый раз ушла, не дослушав и не досмотрев до конца.

Collapse )

День Победы - 70

Единственный смысл воспоминаний о войне состоит в том, чтобы она никогда не повторилась. В том, чтобы миллионы искалеченных жизней и искорёженных душ причиняли невыносимую, физическую боль. В том, чтобы скрежет танковых гусениц по мостовой вызывал не благоговейный трепет, а панический, животный ужас. А иначе - зачем всё это было?..

Collapse )

От сессии до сессии

…да, живут студенты весело. Пока, правда, не слишком студенты и всего лишь весенние каникулы, и даже не поймёшь, весенние ли. Большую часть времени мы, конечно, прорешали задачи по математике, ибо тройка, проваляли дурака. Зато весело. И вставать рано не надо.

Collapse )

Rita Streich

В преддверии «Золотого петушка» захотелось найти хорошую Шемаханскую царицу: всё, что я слышала до этого, не слишком мне нравилось. Но дело даже не в этом, а в том, что у меня складывалось впечатление, что в музыке что-то теряется, что она на самом деле прекраснее, чем я слышу.

И знаете, кто мне понравился больше всех?.. Рита Штрайх.

Я до этого не слышала не только того, как она поет, но даже её имени. И напрасно: замечательная, по-моему, певица. Легкий, подвижный и очень естественный голос. И работа со словом изумительная. Всё то, что я очень люблю, но чего мне очень не хватает в современной опере. Не всё мне понравилось одинаково, но Шемаханская царица такая, о существовании какой я догадывалась, но какой до этого не слышала.

А Царица ночи совершенно бесподобная. И «Летучая мышь» – тоже.


О “Золотом петушке” в Мариинском-2

Обычно перед Новым годом мы ходим в Мариинский театр: смотрели новогоднего “Щелкунчика”, слушали концертную “Царскую невесту”, театрального “Макбета”. В этом году, решив совместить приятное с неизвестным, купили билеты на премьеру “Золотого петушка”.

Золотой петушок

Периодически после приобретения билетов заходила на сайт Мариинки: посмотреть, не появилось ли что нового о премьере. Хотя бы состава исполнителей, готовящих партии. В один из дней состав исполнителей по-прежнему отсутствовал, но повесили краткое содержание. Скользнул глаз по последней фразе: “А за его спиной – толпа народа вокруг башни. Но на башне нет ни часового, ни петушка, ни царя…”

B ниже:

“Мировая премьера: 24 сентября 1909 года, Русская частная опера С. Зимина, Москва.
Премьера в Мариинском театре: 14 февраля 1919 года”.

И понеслось…

Collapse )

“Ольга. Запретный дневник”


Я встану над жизнью бездонной своею,

над страхом её, над железной тоскою…

Я знаю о многом. Я помню. Я смею.

Я тоже чего-нибудь страшного стою.

О. Берггольц


БерггольцЯ выросла на той же улице, что и Ольга Берггольц. Училась в той же школе. И нам рассказывали о ней, наверное, гораздо больше, чем другим. Я читала в школе “Дневные звёзды”. Я думала, что что-то знаю о ней. Но оказалось, я не знаю ничего, а то, что знаю, – не то и не о том. Не о том человеке и не о том поэте. То есть вообще не о человеке и поэте, а о какой-то выхолощенной, бумажной, лишённой жизни и языка фигуре. Катастрофические масштабы незнания меня обескуражили.

Collapse )

“Война и мир” в Мариинском-2. 15 июля 2014



Всё это было бы смешно,

Когда бы не было так грустно.

М.Ю. Лермонтов



Иногда мне хочется спросить режиссёра, поставившего оперу: “Вы в своём уме?!” Ответа вопрос не предполагает: я знаю его сама. Я его вижу.

Война и мир

Collapse )