?

Log in

No account? Create an account

Раз! – опрокинула стакан!

И всё, что жаждало пролиться, -

Вся соль из глаз, вся кровь из ран -

со скатерти – на половицы.

И – гроба нет! Разлуки – нет!

Стол расколдован, дом разбужен.

Как смерть – на свадебный обед,

Я – жизнь, пришедшая на ужин.

Снять фильм о поэте очень трудно, тем более – о таком. Как воссоздать на экране мир, в котором абсолют – речь? Несмотря на некоторую стилистическую рваность, искусственность отдельных интонаций, неубедительность отдельных эпизодов (связанных преимущественно с Алей), создателям фильма удалось ухватить и передать несколько очень важных вещей о Цветаевой.

ЗеркалаCollapse )

Когда Никита был маленьким, мы ничего не знали про Karlsson Haus. А может, его тогда ещё не было. Потом, когда Никита подрос и появился БТК-фест, благодаря которому мы и узнали об этом театре, много раз собирались сходить, но всё время что-то не складывалось: руки не доходили – ноги не доводили. В начале июня БТК организовали марафон спектаклей в поддержку директора театра – мы не могли не пойти. И выбрали для этого замечательный спектакль “Пой, Юсси? пой!” о не менее замечательных Петсоне и Финдусе не менее замечательного шведского писателя Свена Нурдквиста.

История в лучших традициях детской скандинавской литературы получила прекрасное продолжение на сцене. Мне захотелось привести в Karlsson Haus всех знакомых малышей, а наблюдать за теми, кто был в воскресенье в зале, - отдельное огромное удовольствие в удивительном мире детства, созданном в театре. Тёплом, ярком, уютном.

Петсон и Финдус как будто спустились со страниц книжек, живущих в домашней библиотеке на детских полках (есть даже одна из Стокгольма на шведском языке), и превратили ветреный и немного дождливый воскресный день в солнечный и незабываемый. Очаровательные тётушки Густавсон и Андерсон попрощались со зрителями по-шведски: “Hey ho!”, на что Никита ехидно заметил: “А ты говорила – моното-о-онный, моното-о-онный!”, - памятуя мою реакцию оригинальную звуковую дорожку “Жертвоприношения”.

Пожалуй, спектакль рекомендован взрослым ничуть не меньше, чем детям, как чудодейственное средство от тоски.

Верните нам директора!

Несмотря на метущуюся трагичность Мехменэ Бану, удивительные баллоны Ферхада, царственную юность Ширин и грозную самоотверженность Визиря, “Легенда о любви” – это спектакль, который не распадается на солистов и даже не равен их сумме. Декорации, костюмы, свет, музыка, кордебалет – всё подчиненно одному единому замыслу и неотделимо от него, и воспринимается именно так, и впечатление производит как огромный, насыщенный множеством деталей и продуманный до мелочей мир. Настоящий легендарный!

Легенда о любви, или Меня зовут красныйCollapse )

Вечный идол не отпускает меня, властно удерживая сознание уже почти три месяца как. Фигура Аллы Шелест столь притягательна и необыкновенна, что не может не захватить, не восхищать, не занимать мыслей и чувств тем навязчивей, чем больше читаешь, думаешь о ней, чем дольше рассматриваешь немногочисленные сохранившиеся фотографии и одну-единственную видеозапись “Вечного идола”. (Вроде бы, сохранились ещё какие-то фрагменты “Гаянэ”, но их найти я пока не смогла).

Конечно, автор пристрастен. Конечно, характер был не прост. Но я привыкла судить о людях с первого взгляда и не помню, чтобы ошибалась: на несценических фотографиях Аллы Шелест – удивительной глубины человек, которым невозможно не увлечься. Богиня!

Её понимание и чувство прекрасного, умение его создать и довести до совершенства, до абсолюта, донести его, не расплескав ни единой капли, щедро одарить зрителя собой, сверх всякой меры делясь всем, что имела, поднимали искусство хореографии на недосягаемую высоту. Это эталон, который я могу только вообразить, а может, и вообразить не могу, но сквозь призму которого всегда буду смотреть и оценивать балет.

Её Катерину, Оксану, Зарему, Хасинту и Лауренсию, Сюимбике, Никию, Одетту-Одиллию, фею Сирени и принцессу Аврору, уличную танцовщицу, Мирту и Жизель легко представить и невозможно с кем-то спутать или забыть. Её Мехмене Бану, Хозяйка Медной горы и баронесса Штраль – это хореографические образы, которые были наполнены таким драматизмом и трагичностью, что, даже слетая со страниц книг, перехватывают дыхание. Эгина, Слепая и Вечный идол – это только она.

Эту Ночь музеев мы начали с Большого зала филармонии: огромный оркестр воодушевлённо сыграл саундтреки к “Инопланетянину”, “Гарри Поттеру и философскому камню” и, конечно же, “Звёздным войнам”. Полутёмный зал и подсвеченные голубым трубы органа довершили иллюзию межзвёздного пространства. Это было чудесное начало вечера!

ПрогулкаCollapse )

Алексей Черкасов

Слушаю последнюю неделю. Ловлю себя на мысли, что всё сложнее оторваться и переключиться на что-то другое. И если с Рахманинова ещё можно куда-то съехать, то после Баха и Моцарта всё остальное звучит почти невыносимо.


Прошлые выходные, вынужденно проведённые преимущественно в постели, подарили неожиданную радость удивительной встречи – с “Записками балетомана” Дмитрия Черкасского. К ночи воскресенья мне казалось, что я провела в зале Кировского театра много незабываемых балетных вечеров и видела всё описанное своими глазами, только ещё яснее, чем своими. Сила воздействия точно подобранного слова, живого, яркого, образного, ухватившего и передавшего самую суть, индивидуальность и неповторимость каждого балета, каждого спектакля, каждого создателя и исполнителя, превзошла впечатления от многих виденных на сцене.

Строгий, но справедливый судья, критичный, но всегда предельно корректный, Дмитрий Черкасский искренне любил балет и глубоко лично переживал всё происходившее с ним. Это передаётся читателю, не может не взволновать, оставить равнодушным. Потрясающее, поразительное, необыкновенное умение описать словами движения, жесты, взгляды, позы, уловить в них и подчеркнуть самое главное, самое важное, самое характерное и непохожее позволяет сберечь столь беззащитное перед лицом времени искусство хореографии.

Благодаря “Запискам” десятилетия творческих исканий балетной труппы Кировского театра, а вместе с ней и всего советского балета, прозрения и удачи Чабукиани, Захарова и Лавровского, Григоровича, Якобсона и Эйфмана, взлёты, расцветы и угасания Улановой и Дудинской, Вечесловой и сквозной нитью Шелест, Колпаковой и Осипенко стали значимой частью моей жизни, моей истории, моих знаний о русском балете и русской культуре, моей любви к Мариинскому театру, добавили новое и важное в моём скромном понимании сегодняшнего и завтрашнего дня искусства балета.

P.S. Я не могу не поблагодарить за эту ошеломительную встречу ivlae. И впереди меня по-прежнему ждёт “Вечный идол”.

“Хрусталь” Дарьи Жук

Я с детства ненавижу хрусталь, с того далёкого советского прошлого, когда он красовался в дедушкином серванте признаком положения, благополучия и достатка и был обещан мне в приданое. Дарья Жук неожиданно точно уловила и тонко передала символизм грубого хрустального ширпотреба в советской жизни: быть не хуже других, но и не выделяться, любить то, что любят все, восхищаться тем, чем принято, и ругать то, что положено. И ни на шаг не заступать за невидимые границы разрешённого мейнстрима, не выходить за рамки дозволенного: не государством – обывателями, серой, безликой, скучной массой, тяготящейся своим существованием и вымещающей зло на окружающих, мстящей всем, имеющим смысл жизни.

Совок VS to be myselfCollapse )

Если определить действо одним словом, то это – тяжело. Если двумя, то – ещё и равнодушно. Если добавить к ним третье, то будет – сумбурно. Тот случай, когда замечательные исполнители и талантливый дирижёр создают добротный, но при этом ничем не выдающийся спектакль, на протяжении которого постоянно оцениваешь, как мастерски, профессионально, уверенно, свободно они обращаются с голосами, материалом, оркестром. Вообще-то, это совсем немало, но, конечно, ждёшь много большего от прекрасной музыки и любимых певцов.

Замечательный Антонио Паппано увлечённо рассказывает о музыкальных темах “Силы судьбы”, иллюстрируя сказанное бурными фортепианными пассажами, например, темы Судьбы в разных тональностях. Но начинает звучать оркестр и… ничего не происходит. Я не слышу ничего из того, о чём он так эмоционально и понятно рассказывал. Такое случается иногда: музыкант прекрасно слышит и знает, как должно звучать, в его голове существует идеальная музыка, но он не может её сыграть.

Певцам не хватило, мне кажется, музыкальной внятности и музыкальной же вдумчивости, некоей цельности: довольно бесцельное блуждание по – ничего не скажешь – богато окрашенным звукам при безусловном владении техникой, тонком интонировании и природной музыкальности постепенно наскучивает вместо того, чтобы захватить.

В другой, своей, вполне себе гармоничной реальности существуют. пожалуй, только Падре Гуардиано (Ферруччо Фурланетто) и Фра Мелитоне (Алессандро Корбелли).

Тем не менее, эта трансляция не убила во мне ни любви к “Силе судьбы”, ни обожания Анны Нетребко и Йонаса Кауфманна, ни почтительного отношения к Антонио Паппано.


Алла Шелест

Тоска по давно ушедшему и никогда невиденному ленинградскому балету. Если бы я застала Аллу Шелест на сцене, она была бы моей любимой балериной. Сдержанная сосредоточенность, тонкое чувство стиля, вдумчивость в работе над образом, отточенность линий и поз, осмысленность и неслучайность каждого движения и жеста, непрерывность и завершенность танцевальных фраз создавали удивительные балетные шедевры. Даже читая о них, невозможно сдержать восторга.

Стоит только закрыть глаза, видишь всё, как наяву, только ярче, ясней осознавая присутствие земного совершенства.

Я могу часами рассматривать черно-белые фотографии (где бы набраться этих часов?..). Бережно перелистывая страницы фотоприложения в конце небольшой книжки Львова-Анохина, любезно одолженной мне ivlae, я мысленно возвращаюсь к вечеру балета к 100-летию Аллы Шелест, представляю её на сцене то Никией, то Эгиной, то Одеттой, то Джульеттой, в своём воображении подменяя ею танцевавших. Иногда мне начинает казаться, что я и впрямь её там видела.

Profile

hvostova
Kcenya Hvostova

Latest Month

November 2019
S M T W T F S
     12
3456789
10111213141516
17181920212223
24252627282930

Tags

Syndicate

RSS Atom
Powered by LiveJournal.com
Designed by chasethestars